К 60-летию трагедии в редакцию «ПВ» написала читательница, которая в тот момент была совсем юной - студенткой первого курса. Ее воспоминания - это живые, пронзительные эмоции человека, оказавшегося лицом к лицу с внезапной бедой. В них - страх и растерянность, юношеская наивность и горькая ирония судьбы.

«Трудно поверить, что с того самого кошмарного утра прошло уже 60 лет. Мы, 16-летние учащиеся первого курса техникума, приехавшие из разных городов Центральной Азии, жили тогда в общежитии. 26 апреля нас ожидала контрольная работа по химии, которая наводила на всех страх и ужас. Кое-кто просто молил бога: хоть бы что-нибудь стряслось, чтобы она сорвалась. И стряслось…

Жили тогда на первом этаже 4-этажного общежития. В то раннее утро проснулись от грохота и повскакивали с кроватей. На всех этажах тревожно зазвонил звонок.

Мы, кто в чем спал, ринулись на улицу. Общежитие было построено в виде буквы «Г», и чтобы добежать до выхода, требовать миновать срединный угол здания. Зрелище, представшее перед нами, потрясало: меж двух частей здания общежития виднелись утренние звезды - здание просто треснуло и разъехалось в разные стороны.

На занятия мы все же поехали. Не могу сказать, что кругом были руины. Трамвай вез нас мимо ЦУМа и зданий, которые на первый взгляд совсем не пострадали. А вот электронные часы по всему пути следования показывали одно и то же время: 5.23. Уцелело и здание нашего техникума. Контрольную, конечно, отменили, как и все занятия. А на следующий день нам объявили, что комиссия нашла здание техникума аварийным и опасным для продолжения занятий, поэтому объявляются досрочные летние каникулы. Аварийным оказалось и здание общежития.

Желающих поработать на восстановление города набралось хоть отбавляй. Но иногородним, посоветовали разъехаться по домам, так как жить было негде. Да и многие из нас еще не успели получить паспорта в силу возраста. Занятия возобновились лишь в августе. Между тем только в мае-июне 1966 года случились еще три очень сильных толчка, о которых мы узнавали уже по радио, будучи далеко от Ташкента.

Стихия не унималась. Все годы нашей учебы в техникуме и жизни в общежитии мы всегда были готовы побросать любые дела и броситься на улицу подальше от здания. До сих пор не забыть то ощущение приближения очередного подземного удара, которое преследовало меня в то время в Ташкенте и даже позже в других городах. Обычно это бывало так. Мы сидим за конспектами в комнате с открытыми настежь окнами. Вдруг слышится резкий крик взмывших в небо птиц. Через несколько секунд начинают лаять собаки. А потом - низкочастотный гул и… толчок!

Уже гораздо позже, встречая любую информацию о катастрофическом землетрясении в Ташкенте, узнавала много любопытного о произошедшем. О том, что за период с 26 апреля 1966-го по 31 декабря 1969 года было зафиксировано 1102 толчка. Что во время этих многочисленных повторных толчков число погибших от сердечных приступов составило несколько десятков. Так, народный артист Узбекистана Рустам Сагдуллаев потом вспоминал: людям понадобилось почти пять лет, чтобы прийти в себя от пережитого, а некоторые так и не смогли побороть свой страх.

Или вот такая статистика. Оказались разрушены или повреждены около 36 тысяч зданий, 207 школ, 36 культурно-бытовых, 202 научных и 149 медицинских учреждений, около 700 объектов торговли и общественного питания. Пострадали примерно 240 промышленных предприятий. Серьезный ущерб получили древние мечети.

Не обошлось и без человеческих жертв. По разным источникам, погибли от 8 до 13 человек, 1710 жителей столицы Узбекистана были раны, из них в больницы попали 150 человек. Более 78 тысяч семей остались без крова. Но уже через год все они получили возможность справить новоселья в новых жилищах.

Восстановление Ташкента стало делом всей страны, тогда еще бывшего союза.  Сюда пошла гуманитарная помощь, были возведены палаточные городки, начался разбор завалов. «Трясемся, но не сдаемся!» - написанные от руки плакаты часто украшали палатки строителей. Признаюсь честно, газеты мы читали редко. Очевидно, возраст был не тот. Но очень хорошо помню одну передовицу под ярким заголовком «За десять баллов - пятнадцать суток!». Хватало тогда доброхотов, которые не ленились сеять панику среди населения. И, думаю, такие грозные окрики были весьма кстати.

60 лет Ташкентскому землетрясению - дата, скорее, грустная и напоминающая всем о большой трагедии огромной многонациональной семьи. Но одновременно и пример того, как всем миром можно преодолеть любую беду. За рекордные 3,5 года кардинально изменился облик Ташкента. Город стал символом дружбы народов.

В Ташкенте мне довелось побывать в 2010-м, через 35 лет после того, как уехала вместе с родителями. Была потрясена увиденным. Красивейший город с доброжелательными и приветливыми людьми. Море солнца и зелени! Не могу сказать, что каждый уголок напоминал о прошлой жизни - таких уголков почти не осталось, столица обновилась и так помолодела! А ташкентское метро - просто песня…

На обзорной экскурсии по столице нас провезли к монументу «Мужество». Думаю, что это действительно один из главных символов истории Ташкента. Драматичный памятник, связанный с одной из черных дат города, посвященный людям, которые смогли пережить катастрофу, и тем, кто помог им преодолеть те тяжелые времена. Трудно было сдерживать слезы. Я и не пыталась…

Хочется свои воспоминания завершить на мажорной ноте. В Узбекистан стараюсь приезжать как можно чаще. Вот и сейчас нахожусь здесь и надеюсь 26 апреля посетить монумент, который напомнит мне о пережитом. Отрадно видеть, что Ташкент - столица мира и тепла - развивается семимильными шагами».

Зоя Карманова (Булатова).

Журналист.